Итак, советский народ все же пришел к концепции «голого» брака: редкие регистрации в загсе, скромные застолья после и отсутствие обручальных колец. Их не носили, дабы избежать косых взглядов со стороны партийных организаций – кольца, которые традиционно изготавливались из драгоценных металлов, априори считались буржуазным атрибутом и советским гражданам были, мягко говоря, не к лицу.
Кольца не носили не только из-за новых моральных устоев. Вначале 1930-х молодому советскому государству для торговли с иностранными правительствами понадобились драгоценные металлы. В магазинах «Торгсин» можно было сдать украшения —в обмен давали талоны на еду. Так, используя дефицит пропитания, советская власть смогла изъять у населения сотни тонн золота и серебра.
Порой подозреваемых в укрывании драгоценных металлов запирали в специально нато- пленных камерах-«парилках», требуя сдавать золото и серебро. Неудивительно, что на золотое колечко к свадьбе могла тогда рассчитывать разве что невеста видного дипломата или большого партийного деятеля — конечно, тайком, чтобы не получить обвинения в «буржуазности».
К середине 30-х власти осознали чудовищные последствия теории «Стакана воды» и прочих неудавшихся экспериментов: страну захлестнула волна венерических заболеваний, заметно участились аборты и, как следствие, резко упала рождаемость, а брошенные родителями дети пополняли многочисленные ряды беспризорников. Семью решили восстанавливать — про «любовное угнетение» забыли. Буквально те же теоретики, которые в 20-х обосновывали необходимость уничтожить семью, к концу 30-х объявляли о моногамной семье по патриархальному канону и осуждали внебрачные половые связи.
Историки назвали это сталинским «традиционалистским откатом».
Тем не менее даже в это непростое время были люди,
которые носили кольца – тоже, к слову, непростые.
